Телефон доверия
Телефон доверия
110
Телефон доверия
110
Телефон доверия
Меню
X
Спрятанная жизнь Мустафы Шокая

Валерий Хижняк, Аргументы и факты – Казахстан, 25.10.2006г.

Документальную прозу Амирхана Бакирова оценили в Турции. Там перевели его редкое по достоверности исследование жизни Мустафы Шокая, чьё имя долго было под запретом. Редкое ещё и потому, что автор имел уникальную возможность изучать папки с грифом «секретно». В архивах КГБ хранить сказки не принято.

Запретная тема

В эпоху горбачёвской перестройки и гласности тогда ещё подполковника А. Бакирова назначили руководителем специальной комиссии по вопросам реабилитации при управлении КНБ по Кзыл-Ординской области. Бывалые сослуживцы советовали особо не напрягаться. По словам тогдашнего замначальника управления комитета Лукашенко, такое уже было после смерти Сталина, и оттепель ни к чему хорошему не привела. Потому прямо рекомендовалось направлять архивные уголовные дела для пересмотра в прокуратуру не по порядковому номеру, а вразброс, чтобы скрыть истинные масштабы репрессий.

Не вдаваясь в детали, можно предположить, что служебное положение упрощало доступ к пожелтевшим папкам, окружённым плотной завесой тайны.

- Я бы такого не сказал, - делится Амирхан Бакиров. - Архив спецслужб всегда плотно закрыт для окружающих. В тот период гласности его, конечно, немного приоткрыли для исследователей и родственников. Однако о вольном доступе в секретные хранилища никто даже не мечтал. Открою ещё такую тайну. Все архивные материалы прежних лет были сосредоточены в Алма-Ате, Москве и частично в Ташкенте. Неожиданно выяснилась досадная закавыка. Оказывается, я не имел права сам запрашивать и знакомиться с материалами дел. Только близкие.

- Что же помогло выйти на архивные материалы о судьбе Мустафы Шокая?

- Вся сложность - в простоте. Писал рапорты на имя председателя КНБ примерно такого содержания: «К нам обращаются многочисленные родственники, чтобы узнать историческую правду. Прошу дать разрешение на ознакомление с материалами такого-то дела». Хотя никаких просьб и обращений у меня на руках не было, - признаётся отставной полковник, - уловка сработала, но ненадолго.

Первые публикации были замечены руководством КНБ РК. Бакирова обвинили в самовольном распоряжении архивными материалами, в допущенном искажении содержания некоторых документов дела и даже отдельных домыслах.

- Никто мне не говорил, что у КНБ особое мнение о М. Шокае и что это вообще закрытая тема. Во время служебного расследования, после которого мне объявили выговор, почему-то всех интересовало, не родственник ли я Шокаю. Как-никак земляки.

Ситуация немного прояснилась осенью 1996 года при встрече с первым заместителем председателя КНБ РК Сахимбаевым. Он негромко сказал: «Писать о Мустафе Шокае ещё рано. Идёт идейная борьба вокруг его имени. Придёт время, напишешь».

Операция «Франц»

Восточными отделами Сырдарьинского губернского отдела ОГПУ, постоянным представительством ОГПУ по Казахстану и постоянным представительством ОГПУ по Средней Азии были одновременно заведены дела оперативной разработки М. Шокая, его родственных и других связей под названиями «Франц», «Светоч» и «Двухличный». Впоследствии материалы объединили в одно дело под тем же кодовым названием «Франц» (от слова «Франция»).

По состоянию на 1 сентября 1935 года ОГПУ по Казахстану располагало следующей информацией: Мустафа Шокай (Чокай, Чокаев, Чокай-оглы) родился в 1890 году в маленьком посёлке Сулутюбе близ Кзыл-Орды в семье степных аристократов. Окончил с отличием мусульманскую школу и русскую гимназию в Ташкенте, где его впервые и надолго жизнь сводит с Александром Керенским. Там и подружились будущий глава Временного правительства Российской империи и будущий председатель Туркестанского правительства. Оба с отличием окончили юридический факультет Санкт-Петербургского университета.

После февральской революции 1917 года М. Шокай издаёт в Ташкенте газету «Знамя единства», где впервые излагает идеи независимости и единства всех тюркоязычных народов.

После ликвидации автономии большевики объявили немалую по тем временам премию в 1000 рублей за голову М. Шокая. Он вынужден был эмигрировать за границу, чтобы продолжить идейную борьбу с советской властью. В Стамбуле и Берлине издаёт ежемесячники «Жана Туркестан» и «Жас Туркестан».

Непредсказуема всё-таки жизнь. Волею судьбы две совсем близко расположенные улицы в Кызылорде носят имена М. Шокая и Т. Рыскулова. Было время, когда Шокай в своих статьях обвинял во всех смертных грехах… Турара Рыскулова, ставшего потом очередной жертвой сталинского террора.

Дело, именуемое «Франц», закрыто 17 января 1947 года бывшим МГБ Казахской ССР. «Агентурное дело № 145 на Чокаева Мустафу было заведено в 1926 году Восточным отделом ПП ОГПУ по Казахской ССР по окраске «казахский националист - контрреволюционер». В настоящее время разработка Чокаева прекращена ввиду его смерти.

Капитан Соколов».

Не торопитесь делать выводы. Это ещё не все обвинения. Правда о Мустафе Шокае замалчивалась больше 70 лет. Никто ничего не знал, кроме того, что он враг народа.

Герой или предатель?

- Мне довелось изучать сорокатомное уголовное дело № 185 в архивах органов национальной безопасности, которое было возбуждено МГБ Казахской ССР 10 декабря 1946 года, - вспоминает Амирхан Бакиров. - Обвинение построено на организации Туркестанского легиона. Я считаю, что не он создавал печально известные Туркестанский национальный комитет, Туркестанский легион и тем более не отправлял их на борьбу с Красной Армией. Речь может идти лишь о намерении М. Шокая создать туркестанское государство. Он был фанатиком этой идеи, и в этом, пожалуй, его беда и трагедия. Что бы ни говорили о нём, но к Туркестанскому легиону и Комитету, какими они были в 1942-1944 годах, он не имел, да и не мог иметь отношения. При загадочных обстоятельствах Мустафа Шокай умер (или был убит) 27 декабря 1941 года.

- Согласитесь, что ситуация вокруг личности Шокая сегодня в корне изменилась. Его имя носят улицы и посёлки, есть статьи в школьных учебниках. Появилось немало книг. Сейчас снимается полнометражный фильм, где в очередной раз обещают развенчать миф о предательстве Шокая.

- Так-то оно так, но чтобы окончательно восстановить историческую справедливость, на мой взгляд, не хватает официального признания его заслуг перед родной землёй.

Прошлое тёмное и светлое

- Начинаю верить: всё, что связано с М. Шокаем, окружено таинственностью, - рассказывает писатель. - Никто не знает, как попала моя книга к министру образования Турции, но говорят, что у него кольнуло в сердце, когда познакомился с описанными событиями. Он попросил найти автора и взять позволение на перевод. Оказывается, в Турции Мустафу Шокая чтут как лидера национально-освободительного движения тюркских народов.

- А к тем чиновникам, которые определяют госзаказ на издание книг в Казахстане, ваши произведения не попадали?

- О таком трудно даже мечтать.

- Наверняка вы работаете над другими темами?

- Собираюсь попробовать силы в жанре политического детектива. Материала больше чем нужно. А ещё друзья давно поддевают, что пишу только о тёмном прошлом НКВД - КГБ. Решился восполнить пробел и написать о хорошо знакомых мне буднях КНБ. Конечно, с учётом реалий сегодняшнего дня, - улыбается Амирхан Бакиров. - Принципиальная договорённость достигнута. Работа спецслужб, поверьте мне, как ветерану, весьма интересна не только своей пугающей секретностью.

Дата публикации: 02.03.2017